Воспоминания о Н.Н. Говоруне

Наша первая встреча с Н.Н. произошла в далеком 1948 году вскоре после того, как мы оба поступили в МГУ, я - на мехмат, он - на физфак. Нас объединила наша общая беда - то, что для нас, иногородних, не нашлось места в общежитии МГУ на ул. Стромынка 32. Оно было переполнено тогда бывшими фронтовиками, имевшими льготы на поселение. Мы устроились по-разному - он получил место в каком-то бараке, арендованном МГУ в Малаховке, а я снимал комнату, но часто после долгого сиденья в читалке на втором этаже главного корпуса МГУ на Моховой мы гуляли по ночной Москве, обсуждая перипетии нашего нелегкого быта, сравнивая то, как читают одинаковые курсы на мехмате и на физфаке, и вспоминая приключения своих военных и послевоенных школьных лет. Меня особенно занимали рассказы Николая о его богатом опыте обращения с разными видами оружия, которого много оставалось в перенесшем окупацию Луганске.

Потом я с ним не раз встречался в общежитии на Стромынке, куда мы оба потом перебрались. К сожалению, для Коли это время было еще более сложным, так как он заболел туберкулезом и жил в специальном крыле общежития. К счастью ему удалось довольно быстро излечиться от этого недуга, хотя его последствия потом долго давали о себе знать.

В дальнейшем наши судьбы сложились похоже и опять свели нас на этот раз в Дубне: мы оба после окончания МГУ были оставлены в аспирантуре, где оба поженились. По окончании аспирантуры мы оба были распределены для работы на военную промышленность. В аспирантуре нам посчастливилось работать под руководством знаменитейших ученых того времени. Научным руководителем Н.Н. был академик А.Н.Тихонов, который потом неоднократно высоко оценивал способности своего ученика и всегда поддерживал его в критические моменты.

Я попал на работу после аспирантуры в более благоприятные московские условия и поэтому смог защититься раньше Н.Н., но зато он прошел нелегкую, но весьма полезную школу применения университетских знаний в далекой от науки практике танкового завода в Харькове.

Как потом мне признавался сам Н.Н., было подчас очень и очень трудно просто разглядеть существенные факторы в нагромождении технических описаний и деталей, самому сформулировать постановку задачи и выбрать наиболее подходящий быстрый и эффективный математический метод ее решения. Помогали и удивительная природная техническая одаренность Н.Н., и школа, пройденная у А.Н.Тихонова. Немногие знают, например, что именно Н.Н.Говорун прорешал сотни задач, вошедших как упражнения в знаменитый учебник Тихонова и Самарского по уравнениям математической физики. А что касается технической смекалки и широкой физической и математической эрудиции Н.Н., то мне вспоминаются такие примеры.

В доме Н.Н. я как-то увидел странное сооружение из двух пластмассовых дисков с наклеенными на них полосками металлической фольги и шкивов из пустых нитяных катушек с натянутыми на них резинками от трусов. Эту электрическую машину Коля соорудил еще в школе. Несмотря на примитивный вид, она работала. И еще как! После небольшой раскрутки она регулярно выдавала на разрядники маленькую, но мощную молнию. Как-то я начал обработку фотографий и разлил раствор закрепителя. Больше у меня его не было, магазин в субботу вечером не работал, и я позвонил Н.Н., нет ли у него. Он сказал, что нет, но он помнит химический состав гипосульфита и берется сейчас приготовить его прямо дома. Не найдя кальция, он во дворе паяльной лампой выжег какую-то старую кость и в конце концов приготовил нужный раствор, с помощью которого я как-то допроявил свои фотографии. Помнится, как я однажды на скучной партконференции подбил Н.Н. на спор с молодым тогда в начале 60-х, блестящим физиком-теоретиком Г.В.Ефимовым, кто быстрее решит сложное нелинейное дифференциальное уравнение. Как был раздосадован Гарий Ефимов, когда Говорун выиграл, хотя в тогдашней практике таких уравнений Н.Н. решать не доводилось.

В Дубну его пригласил работать во вновь открывшуюся Лабораторию теоретической физики ее первый директор академик Н.Н.Боголюбов. Пригласил по рекомендации А.Н.Тихонова и был потом не раз очень доволен этим. Часто перед важной международной конференцией оказывалось, что в докладе Н.Н.Боголюбова не просчитан некий теоретический эффект. И вот за день до отъезда Боголюбов излагает Говоруну проблему и просит как-нибудь посчитать что-то совершенно новое, для чего ни метода, ни тем более схемы расчета еще и не существовало. И всегда Н.Н.Говорун выручал, умудрялся найти наиболее рациональный метод расчета и за ночь посчитать все нужные варианты. Даже еще тогда, когда ЭВМ в Дубне не было и расчеты вели в Расчетном бюро ЛТФ (называемом кратко р/б) дамы на электромеханических счетных машинках "Рейнметаллах" и "Мерседесах".

Вот эта способность мобилизоваться самому, быстро найти самый оптимальный путь решения задачи и поднять на ее решение своих сотрудников - была замечательной отличительной чертой Н.Н.Говоруна.

Другой замечательной его способностью было острое чувство нового, уменье быстро понять то, что является самым перспективным в науке, научиться самому и вовлечь в это дело свою команду.

Так под его руководством и при самом непосредственном участии еще в ВЦ ОИЯИ в 1963-66 годы развернулись работы по созданию методики и программ для обработки больших массивов экспериментальной информации в области физики высоких энергий, получаемой на пузырьковых и других камерах, спектрометрической информации из ЛНФ. Н.Н. был инициатором и генератором идей, писал программы сам и умело организовал отличный работоспособный коллектив не только математиков и программистов, но и талантливых инженеров, сумевших переделать такие монстры советской вычислительной техники, как ЭВМ "Киев" или "Минск-2" для приема данных из лабораторий по каналу связи. Именно Н.Н.Говорун сразу понял необходимость и актуальность непосредственного включения ЭВМ в аппаратуру экспериментальной установки. В стране еще не было мини-ЭВМ с их возможностями автоматических прерываний и других средств управления внешними объектами, а Н.Н. уже возглавил разработки по переделке ЭВМ БЭСМ-3М для он-лайн управления экспериментом на искровых камерах в Протвино.

Наверное, поэтому в 1966 году, когда формировалось руководство вновь созданной ЛВТА, Н.Н.Боголюбов, ставший к тому времени директором ОИЯИ, прозорливо порекомендовал первому директору ЛВТА М.Г.Мещерякову взять в заместители по науке именно его, 36-летнего Н.Н.Говоруна вместо других более опытных и маститых претендентов.

Н.Н. блестяще оправдал себя на новом посту. Новую лабораторию нужно было срочно оснастить современной вычислительной техникой и выбрать для нее адэкватное математическое и системное обеспечение. Вот тут Н.Н. опять проявил свое уменье увидеть определяющее, новое. Вопреки весьма сильным программистским традициям, сложившимся к тому времени в стране и ориентировавших нас на применение АЛГОЛа, Н.Н. безошибочно понял все преимущества для ОИЯИ другого алгоритмического языка ФОРТРАНа, которым к тому времени успешно пользовались физики Европы и Америки. Н.Н. оперативно создал интернациональную команду программистов и сумел разжечь в ней такой рабочий энтузиазм, что эти бывшие физики и математики, не имевшие прежде никакого представления о трансляторах с алгоритмических языков и сложных операционных системах, сумели в кратчайшие сроки разработать лучший в стране транслятор с ФОРТРАНа и "утереть нос" целому отделу профессионалов из академического ВЦ. Более того, говорунская команда создала и лучшую операционную систему Дубна" для новой советской ЭВМ БЭСМ-6. Одновременно Н.Н. заботился о быстрейшем запуске в работу первой в Союзе американской ЭВМ знаменитой в то время фирмы CDC. Помнится, как, несмотря на мое сопротивление, он включил меня в тройку сотрудников ЛВТА для поездки в ФРГ с целью научиться работать на ЭВМ CDC-1604А. Эта поездка, кстати, сыграла переломную роль в моей собственной судьбе, поскольку помимо новых знаний по ФОРТРАНу, операционной системе этой новой тогда ЭВМ, я научился свободно говорить по английски, что необычайно расширило для меня возможности непосредственного общения с внешним миром.

Сам Н.Н., в отличие от остальных руководителей такого ранга, овладел разговорным английским еще раньше, во время своей первой поездки в ЦЕРН. Это дало новый международный выход его удивительной коммуникабельности и умению привлекать к себе людей. Я помню, как в 1972 году во время моей поездки в США во многих физических центрах видные американские ученые с удовольствием вспоминали о своих встречах с Говоруном, причем многие добавляли: "он сделал мне отличный подарок - бутылку русской водки". Н.Н. никогда не стеснялся учиться у своих зарубежных коллег, но в то же время для множества ученых в странах, где ему довелось побывать, он становился не просто другом, но и влиятельным советником. Несомненно его большое влияние на развитие вычислительной техники в ГДР.

Мы все не сомневались, что Н.Н. ждет успешная карьера как ученого и организатора науки. В 1969 году он с блеском защитил докторскую диссертацию и дальше прошел стремительный путь в члены-корреспонденты АН СССР, стал членом комиссии Президиума АН по автоматизации и вычислительной технике, оказал значительное влияние на судьбы науки в нашей стране.

В заключение хочется отметить еще одну характерную черту Н.Н. - заботу о близких ему людях. Он всегда был прекрасный семьянин и, несмотря на огромную занятость, находил время для того, чтобы заниматься с детьми. А их у него с женой Раисой Дмитриевной было трое. Когда умер его отец, он перевез к себе в Дубну из Луганска всю семью, кроме старшего брата. К своим семейным заботам он, не колеблясь, добавил заботу о маме, Марии Антоновне, и двух младших братьях Викторе и Володе. Виктору Н.Н. быстро помог устроиться на работу в ИФВЭ в Протвино, а вот младшего Володю он взял в свою семью и помог ему окончить школу в Дубне и университет в Москве.

В сферу близких попадали и сотрудники и друзья Н.Н. Он всегда умел находить время, чтобы проследить за успехами каждого из них, поддержать в трудную минуту, а иногда и заставить засесть за диссертацию. Маститые теперь профессора нашей лаборатории В.П.Шириков, И.Н.Силин, И.М.Иванченко смогли защитить свои докторские диссертации во многом благодаря его настойчивости. А уж сколько он провозился лично со мной, буквально понуждая засесть за докторскую, давая ценнейшие советы и организуя прохождение предварительных докладов на ключевых кафедрах и в ведущих институтах.

Николай Николаевич был замечательным примером для меня, не только в науке, но и в жизни, я всегда буду с глубокой благодарностью помнить о нем.


Ососков Геннадий Алексеевич - математик, доктор физико- математических наук, профессор, окончил Московский Государственный университет им. М.В. Ломоносова (1953), докторскую диссертацию защитил в ОИЯИ (1986). C 1961 года в ОИЯИ, начальник группы, с1966 года в ЛВТА начальник сектора, главный научный сотрудник; Ивановский Государственный университет, профессор. Научные интересы - теория вероятностей и математическая статистика, распознавание образов, прикладные методы вычислительной статистики, клеточные автоматы и нейронные сети.